Ethereum начал подготовку к квантовой угрозе

Квантового компьютера, способного взломать Ethereum, пока не существует. Но разработчики сети уже исходят из того, что однажды он может появиться.

Проблема фундаментальная. Безопасность Ethereum, как и большинства современных блокчейнов, опирается на криптографию, созданную в мире, где достаточно мощных квантовых компьютеров не было. В частности, цифровые подписи на эллиптических кривых потенциально уязвимы для алгоритма Шора: если появится достаточно мощная и стабильная квантовая машина, часть криптографических предположений, защищающих сегодня аккаунты и валидаторов, перестанет работать.

Ждать этого момента нельзя.

Миграция глобальной сети, хранящей активы на сотни миллиардов долларов, на новую криптографию — это не обновление, которое можно выпустить за несколько недель. Новые алгоритмы необходимо создать, проверить, атаковать, оптимизировать, встроить в клиенты и только после этого постепенно переносить на них инфраструктуру.

Поэтому Ethereum уже готовится к миру, в котором нынешней криптографии может оказаться недостаточно.

И именно внутри этой работы произошёл довольно неожиданный разворот.

13 августа исследователь Ethereum Foundation Джастин Дрейк объявил: «Goodbye, Poseidon!»

Ethereum отказывается от криптографического направления, которое исследовал около восьми лет и на которое, по словам Дрейка, были потрачены суммы восьмизначного масштаба.

На смену ему могут прийти технологии, которым уже десятки лет.

Что Ethereum пытается защитить

Квантовая угроза блокчейну часто описывается слишком просто: «квантовый компьютер сможет взломать Ethereum».

На практике речь идёт не о мгновенном разрушении всей сети.

Одна из ключевых проблем — цифровые подписи.

Пользователь Ethereum подтверждает право распоряжаться активами с помощью приватного ключа. Валидаторы также используют криптографические подписи для участия в консенсусе.

Сегодня безопасность этих механизмов основана на математических задачах, которые практически невозможно решить существующими классическими компьютерами за разумное время.

Квантовые вычисления меняют это предположение.

Алгоритм Шора теоретически позволяет квантовому компьютеру эффективно решать задачи, лежащие в основе криптографии эллиптических кривых. Если когда-нибудь появится машина достаточного масштаба, существующие схемы подписей окажутся под угрозой.

И Ethereum Foundation уже рассматривает post-quantum security как отдельное стратегическое направление развития сети.

В январе 2026 года Foundation публично обозначила усиление работы над квантовой устойчивостью. Сегодня в этом направлении разрабатываются новые схемы подписей и инфраструктура доказательств, а более десяти клиентских команд участвуют в interoperability-тестах.

То есть речь идёт уже не о теоретической дискуссии.

Ethereum постепенно собирает архитектуру, которая должна позволить сети перейти на квантово-устойчивую криптографию до того, как такая миграция станет экстренной.

И здесь появляется Poseidon

Чтобы понять произошедшее 13 августа, нужно вернуться примерно на восемь лет назад.

Ethereum всё активнее двигался в сторону zero-knowledge proofs — криптографических доказательств, позволяющих подтвердить правильность вычисления без необходимости повторять всё вычисление самостоятельно.

Но возникла техническая проблема.

Традиционные хеш-функции вроде SHA прекрасно работают на обычных процессорах, однако их использование внутри некоторых систем доказательств было дорого.

Поэтому криптографы пошли другим путём: начали создавать специальные SNARK-friendly hash functions.

Одной из них стал Poseidon.

Его конструкция была специально оптимизирована для арифметики, используемой внутри zero-knowledge proof systems. В результате операции, которые были дорогими для обычных SHA-подобных функций, можно было доказывать значительно эффективнее.

Для Ethereum это выглядело как возможная часть будущего криптографического стека.

Началась многолетняя исследовательская работа.

Восемь лет и восьмизначная сумма

По словам Джастина Дрейка, исследования направления заняли около восьми лет, а совокупные расходы Ethereum Foundation достигли восьмизначной суммы.

То есть речь идёт как минимум о десятках миллионов долларов исследовательских инвестиций в более широкое направление криптографии и доказательств, частью которого был Poseidon.

Причём Ethereum не просто финансировал разработку.

Foundation пыталась максимально агрессивно проверить безопасность конструкции.

Исследователям платили за криптоанализ Poseidon, поиск потенциальных атак и проверку его математических предположений.

А в начале 2026 года Ethereum Foundation пошла ещё дальше.

Был запущен Poseidon Prize с призовым фондом почти $1 млн.

Задача была необычной: фактически Ethereum предлагал исследователям деньги за попытку сломать криптографию, которую сама сеть рассматривала для будущего использования.

Конкурс должен был продолжаться несколько лет.

Но не продолжился.

1 августа всё остановили

1 августа 2026 года Poseidon1 Collision Prize был приостановлен.

А спустя всего двенадцать дней Джастин Дрейк объявил:

«Goodbye, Poseidon!»

После восьми лет исследований Ethereum Foundation решила не использовать Poseidon в будущей архитектуре L1.

На первый взгляд возникает очевидное подозрение: в алгоритме нашли критическую уязвимость.

Но публичных подтверждений этого нет.

Poseidon не был объявлен взломанным, а существующие проекты, использующие его сегодня, не получили требования срочно прекращать работу.

Причина оказалась другой.

За время, пока Ethereum совершенствовал специализированную криптографию, изменилась технология самих доказательств.

Ethereum решил вернуться к старой криптографии

За последние годы появились новые proof-системы, способные гораздо эффективнее работать с обычными бинарными вычислениями.

Особенно важным стало развитие binary-field SNARKs.

Именно здесь изменились первоначальные расчёты Ethereum.

Раньше SHA был неудобен для SNARK, поэтому создавался специальный Poseidon.

Теперь становится возможным построить SNARK, которому уже не нужен специальный хеш.

Дрейк описал этот разворот одной фразой:

вместо SNARK-friendly hashes появились hash-friendly SNARKs.

И это полностью меняет выбор технологии.

Если обычные SHA или BLAKE можно достаточно эффективно использовать внутри современных proof-систем, необходимость брать на себя дополнительный риск молодой специализированной хеш-функции резко уменьшается.

Ethereum может использовать криптографические примитивы, которые изучаются и атакуются исследователями десятилетиями.

Именно поэтому будущая архитектура L1 теперь рассматривает SHA или BLAKE вместо Poseidon.

Почему это важно именно перед квантовой эпохой

Здесь история снова возвращается к тому, с чего всё началось.

Подготовка Ethereum к квантовым компьютерам потребует замены не одной функции.

Сети потенциально придётся менять схемы подписей, способы подтверждения состояния, архитектуру доказательств и некоторые базовые криптографические примитивы.

Чем больше экспериментальной криптографии находится внутри такой системы, тем больше предположений необходимо считать безопасными.

Поэтому возможность использовать давно существующие и значительно лучше изученные функции становится преимуществом.

Ethereum фактически пытается уменьшить количество неизвестных перед одной из крупнейших потенциальных криптографических миграций в истории блокчейнов.

Работа уже идёт вокруг таких компонентов, как leanVM, leanXMSS и leanSig, которые рассматриваются в контексте будущей post-quantum архитектуры Ethereum.

Но это не означает, что Ethereum завтра станет квантово-устойчивым.

И тем более не означает, что сегодняшняя сеть уже находится под атакой квантовых компьютеров.

Смысл происходящего ровно противоположный:

Ethereum пытается провести миграцию раньше, чем угроза станет реальной.

Что будет дальше

Следующий этап гораздо сложнее выбора между Poseidon и SHA.

Ethereum необходимо добиться того, чтобы post-quantum криптография была не только математически безопасной, но и практически пригодной для глобального блокчейна.

Новые подписи могут быть больше. Проверка может требовать дополнительных вычислений. Доказательства должны генерироваться достаточно быстро. Клиенты разных разработчиков должны одинаково обрабатывать новую криптографию.

После этого остаётся ещё одна проблема — миграция пользователей и валидаторов.

Ethereum нельзя просто однажды утром переключить на совершенно новую систему ключей.

Поэтому нынешняя работа — подготовка инфраструктуры, которая позволит провести переход постепенно.

И именно поэтому решения, принимаемые сейчас, могут оказаться важнее, чем кажется по короткому сообщению «Goodbye, Poseidon».

Вывод КЛЁ

Квантовая угроза сегодня выглядит далёкой именно потому, что компьютера, способного атаковать Ethereum, ещё нет. Но для сети такого масштаба момент его появления — уже слишком поздняя точка для начала подготовки.

Ethereum фактически пытается выиграть время сейчас: проверить новые схемы, отказаться от лишних криптографических рисков и подготовить инфраструктуру для перехода до того, как он станет необходимостью.

История с Poseidon здесь особенно показательна. Восемь лет исследований и миллионы долларов не стали достаточной причиной держаться за технологию, если появился более надёжный путь.

И главный вопрос теперь не в том, появятся ли достаточно мощные квантовые компьютеры.

Главный вопрос — успеет ли Ethereum изменить свою защиту раньше, чем они появятся.